Крупнейший экономист ХХ века Дж.Кейнс доказал, что ради того, чтобы соединить в дееспособную систему имеющиеся в стране ресурсы (рабочие руки, фабрики, землю и солнце), надо, если нехватает денег в казне, идти на дефицит госбюджета - «занимать у будущего». Дефицит госбюджета - зло, но зло несравненно меньшее, чем простаивающие ресурсы, особенно даровые (солнечная энергия). Оживление ресурсов дает выгоду, по размерам совершенно несопоставимую с ущербом от дефицита госбюджета. Поняв это, Рузвельт начал Новый курс в США и вытащил страну из тяжелейшей Великой депрессии, во время которой рынок «разъединил» производство  и потребности.

Но настолько одурачили людей в России, что все даже заикнуться боятся о ложности объявленной цели. Никто из оппозиции не осмелится сказать, как Рузвельт, простую вещь: ради того, чтобы заставить вновь заработать хозяйство, мы, будь наша власть, закупили бы ресурсы и дали бы их хозяевам-производственникам, пусть бы у нас пару лет был высокий дефицит госбюджета. Рузвельт называл это «заправить насос водой». Главное, чтобы насос заработал.

Важный вспомогательный прием при умолчании целей - умолчание последствий изменений. Если удается скрыть информацию о неминуемом ущербе, который люди понесут из-за навязываемых им изменений, они легче проглотят и мифическую цель.

Во время перестройки вся огромная идеологическая машина КПСС была направлена в то время на то, чтобы люди не поняли, что их ожидает в ближайшем будущем. Когда в мае-июне 1991 г. специалисты обсуждали проект закона о приватизации промышленных предприятий, среди них не было никакой неопределенности относительно последствий этого шага. То, что мы сегодня имеем, было предсказано с удивительной точностью во всех основных аспектах. Неизвестны были только фамилии тех лиц, которым будут переданы финансы и главные предприятия страны. Однако пресса и телевидение сумели полностью отвлечь сознание людей от грядущих изменений жизни. В текстах и выступлениях ведущих политиков любого толка (вплоть до «консерватора» Е.К.Лигачева) нельзя найти ясных предупреждений. Ругать и даже проклинать Горбачева было кое-кому разрешено, но туманно (мол, «продает Россию, расчленяет страну»). Однако спокойно объяснить людям суть проекта запрещалось так строго, что никто из номенклатуры не осмелился нарушить.

Летом того же года несколько научных групп провели расчет последствий «либерализации цен», которую осуществил уже Ельцин в январе 1992 г. Расчет проводился по нескольким вариантам, но общий вывод дал надежное предсказание, оно полностью сбылось в январе. Результаты расчетов были сведены в докладе Госкомцен СССР, доклад этот в печать не попал, специалисты были с ним ознакомлены «для служебного пользования». Но дело не ограничилось умолчанием. Одновременно с появлением этого доклада в массовую печать дали заключения «ведущих экономистов», которые успокаивали людей. Так, популярный «Огонек» дал прогноз корифея рыночной экономики Л.Пияшевой. К этой даме претензий быть, конечно, не может - говорила что велено. Нас интересует вся машина манипуляции.

Машину манипуляции мы могли наблюдать в действии и после перестройки, непрерывно все эти десять лет. Удивительно только, что люди не устают верить. Уже пошли взвиваться цены, а Гайдар нас успокаивает с экрана: «Ну, буханка хлеба никогда не будет стоить десять рублей!» - и сам захихикал, зачмокал своей шутке. Конечно, это казалось немыслимым, и слова премьер-министра люди приняли всерьез (хотя при «либерализации» тогда цена подскочила с 20 коп. сразу до трех рублей). Но он-то имел надежный прогноз роста цен! Так же было и с долларом: он клялся, что никогда выше 50 рублей (1992 года) цена доллара не поднимется - а она поднялась до 6 тыс. тех рублей.

Полностью ложным было представление об ожидаемых результатах приватизации по Чубайсу, точно так же ложное представление создается о последствиях разрешения купли-продажи земли. «Информационная защита» намерений реформаторов является почти тотальной: даже в т.н. оппозиционной прессе (при ее ничтожных тиражах) вкрапления содержательных рассуждений разбавляются огромным числом эмоциональных всплесков, в которых они и тонут.

Другое важное условие успешной манипуляции - умолчание сроков «переходного периода». В манипуляции широко используется хорошо изученное в психологии свойство человеческого характера - продолжать начатое дело, не останавливаться на полпути, даже если вскрылись неизвестные ранее препятствия. Часто они даже увеличивают решимость. Поэтому, вовлекая людей в нужные манипулятору действия, большие усилия и изощренность прилагаются к тому, чтобы представить эти действия гораздо более легкими и краткосрочными, чем они наверняка будут. Если до этого людей удалось очаровать образом «светлого будущего», грядущего за выполнением нужных манипулятору действий, то всякие призывы здравомыслящих людей остановиться, подумать, подсчитать, обсудить и т.д. отвергаются даже с ненавистью .

Даже на заключительной стадии перестройки, когда начался последовательный развал всей системы народного хозяйства СССР и для специалистов были очевидны катастрофические последствия (их прогноз сбылся с высокой точностью), пропагандистская машина Горбачева сумела внушить большинству граждан веру в скорое благоденствие. В начале 1989 г., когда спад производства стал очевидным, лишь 10% опрошенных ожидали ухудшения экономического положения в течение следующих 2 лет .

В 1990-1991 гг. в результате изменений в системе хозяйства был практически разрушен потребительский рынок, и люди начали терпеть лишения. Однако речь Ельцина в октябре, когда он призвал продолжить начатый курс реформ и перейти к либерализации цен и приватизации промышленности, была встречена если не с энтузиазмом, то благосклонно. Он же прямо сказал: «Трудно будет всем два-три месяца, а потом начнется подъем».

В России, где на предприятиях были накоплены огромные запасы стратегических материалов, где имеются богатейшие месторождения нефти и газа, еще удается поддерживать какое-то минимальное жизнеобеспечение, так что губительный характер поворота еще не всем очевиден. Но поворот-то был один и тот же для всех народов СССР. Возьмем чистый случай - Армению. Он тем более показателен, что это была очень благополучная республика с высоким уровнем жизни (и большим самомнением жителей). Здесь антисоветская пропаганда оказала магическое воздействие на сознание, и армяне поддержали своих радикалов, начавших подрывать СССР через войну в Нагорном Карабахе. О том, что они получили, пишет в 1994 г. президент Армянской социологической ассоциации Г.Погосян: «Практически 70% опрошенных хотели бы уехать, появись у них такая возможность... Ничто так не свидетельствует о безысходности сложившегося положения и о глубине отчаяния, как согласие взрослых на выезд детей. Ведь их отрыв от семьи, родного дома - событие чрезвычайное. Если армянин сознательно идет на подобное (63,9% родителей хотят, чтобы дети переехали на постоянное жительство за границу, поскольку «вся Армения - зона бедствия»), то это значит, что он просто не видит лучшего будущего для них... И никогда еще не было подобной атмосферы одобрения самого намерения уехать». Можем констатировать, что под воздействием манипуляции со стороны меньшинства (которое довольно нынешним положением), целый народ сделал фатальную ошибку .

В последние годы «реформаторы» от умолчания цели, социальной цены и сроков проекта перешли к тотальному, доходящему до абсурда утверждению, что проекта вообще не существовало. Эта мысль сначала обкатывалась в узком кругу самих идеологов перестройки и реформы, а в последнее время вводится в широкий оборот.

Мне пришлось участвовать в дебатах на телевидении с Ф.Бурлацким - одним из «прорабов перестройки», и В.Никоновым - «аналитиком» из команды Ельцина. Ведущий задал мне вопрос: почему довольно успешно прошла либеральная реформа в Испании после смерти Франко, а у нас не идет? Я много раз бывал в Испании, изучал их опыт. Да и не только в Испании или Китае успешно провели подобные реформы, а и в Японии, Южной Корее, ФРГ. Опыта достаточно, и ответ-то прекрасно известен специалистам и у нас, и на Западе. Так что я и сказал то, что все мы за нашим столом знали, да говорить стеснялись. Я сказал, что ни в Японии, ни в Китае или Испании в ходе реформы не ставилось целью сломать все жизнеустройство, сменить «тип цивилизации», попросту уничтожить страну как «империю зла». А в СССР, а потом в РФ, была поставлена именно такая задача. Сегодня мы пожинаем плоды этого разрушения. Вторая причина, говорю, уже не такая фундаментальная, но очень важная: ни в одной из успешно проведших реформу стран не нашлось малой, но влиятельной социальной группы у власти, которая бы ненавидела свою страну, ее народ и ее культуру. А в России такая прослойка нашлась, и она убийственный проект взялась выполнить.

Мои собеседники возмущенно воздели руки: как же можно такое говорить, среди бела дня, в центре Москвы! Однако насчет ненависти к России и ее культуре спорить не приходится. Я предложил вспомнить весь поток публикаций 1989-1992 гг. в журналах «Огонек», «Столица» и им подобных, а также в таких серьезных академических изданиях, как журнал «Вопросы философии». Назвал авторов. Все эти тексты имеются, они поддаются строгому научному анализу (такой анализ ведется). Что же тут возмущаться, факт налицо: была изложена развитая, продуманная, изложенная видными деятелями философия ненависти к России, характеру ее народа, его способу трудиться, его быту и привычкам, даже к природе России.

Интересно, что в разгар реформы (в 1994 г.) попал я на семинар идеологов перестройки среднего ранга (типа Л.Пияшевой, Зиновия Гердта и т.п.). Попал, возможно, по ошибке - организаторы спутали меня с моим родственником, философом из команды Бурбулиса. Я сделал доклад, где по ходу дела зачитывал высказывания присутствовавших там деятелей. Это вызвало страшное возмущение. В обществе наших демократов уже считается оскорблением, когда вслух повторяют твои же собственные слова. Значит, сами они понимают, что наговорили вещей безобразных, неприличных .

В этот раз Бурлацкий и Никонов цитат не потребовали, понимали, сколько всего наговорено лишнего. Бурлацкий сам был редактором «Литературной газеты», знает. Поэтому разговор сразу уперся в главный вопрос - о проекте перестройки и реформы. И здесь выяснилась установка, которую всем нам надо знать, из нее вытекает много следствий на будущее. И Бурлацкий, и Никонов заявили, что никакого проекта перестройки и реформы не существовало! Подумать только, «архитекторы и прорабы» были, а проекта не было.

На том семинаре с Пияшевой и др. все они тоже в один голос твердили: не было никакого проекта, мы «хотели как лучше». Тогда я подумал: жалкие люди, хотят получше выглядеть перед историей, стесняются того, что натворили. Даже симпатию они вызвали своими наивными попытками оправдаться. Но тут передо мной сидел многолетний помощник Брежнева, а потом Горбачева, рядом с ним молодой и растущий кадр из команды Ельцина. И - вновь эта детская песенка. Я был просто поражен. Значит, это - продуманная формула. Ничего не знаем, никакой программы не было, так все само собой пошло кувырком, потому что народ негодный - то раб, то вор.

Никонов даже на меня огрызнулся: говорить, что имелся какой-то вызревший проект, это значит верить в заговоры. А это, мол, паранойя и попахивает ненавистью к жидомасонам. Это дешевая уловка. При чем здесь заговоры и при чем «поэтапный график мероприятий», которого, по словам Бурлацкого, якобы не было у Горбачева (сам Горбачев, кстати, всегда хвастался, что программа есть и все идет по плану)? Зачем притворяться глупенькими? Когда речь идет о проектах масштаба перестройки как слома цивилизации, имеют в виду не эти мелочи. Даже «холодная война» на этом фоне - частная операция, техническое средство. Кстати, сейчас, через 50 лет, на Западе рассекречивают и публикуют многие документы «холодной войны». Видно, какая это была грандиозная программа, сколько в нее было вложено денег и какая огромная армия образованных специалистов работала. Так что - это тоже «нелепая вера в заговор»? В существование этой программы тоже верить неприлично?

Как мы помним, в годы перестройки на публику работал широкий набор агитаторов, на все вкусы - от интеллигентного Сахарова до полупристойного Хазанова. Держали и политического клоуна - Новодвоpскую, она, как юродивый, могла резать правду-матку. Кто-то уклончиво говорил о возврате в мировую цивилизацию, а она попросту: «Холопы и бандиты - вот из кого состоял наpод. Какой контpаст между нашими самыми зажиточными кpестьянами и амеpиканскими феpмеpами, у котоpых никогда не было хозяина!.. Может быть, мы сожжем наконец пpоклятую тоталитаpную Спаpту? Даже если пpи этом все сгоpит дотла, в том числе и мы сами...».

Вот вам и четкий проект. Россия - тоталитарная Спарта, которую надо сжечь. И это такая великая задача, что и себя не жалко, а не только народ холопов и бандитов. Почему же, когда наш дом действительно загорелся, мы должны считать, что это случилось «само собой», а не по проекту Новодворской? Почему буквально все действия перестройщиков и реформаторов вели к этому? Ведь если делать все просто наобум, то иногда и что-то хорошее может получиться. Само собой так бы не вышло.

Конечно, при научном исследовании проекта перестройки и реформы приходится изучать не тексты Новодворской и Хазанова (хотя и это ценный материал для понимания того, как действовала вся машина). Главные мысли - в трудах видных экономистов, философов, историков, Аганбегяна и Заславской, Мамардашвили и Гефтера. Они меньше известны широкой публике, высказывания их не так скандальны. Казалось бы, уже можно было бы без гнева и пристрастия восстановить замысел той программы, которая поставила Россию на грань гибели. Тогда бы и нащупали путь к спасению. Нет, и слышать об этом не желают. Не было никакой программы, и все тут .

Что же понимать под «проектом перестройки и реформ»? Если мы установим, что такой проект имеется, то все шаги и Чубайса, и Кириенко видятся по-иному. Это не «ошибки молодых реформаторов», и нельзя надеяться, что они их станут исправлять. Это - последовательное выполнение общего большого замысла. Отсюда мы и должны исходить в наших мыслях и делах.

История дала нам очень хорошо изученный и прямо отвечающий на наш вопрос случай - Великую Французскую революцию. Она разрушила Старый Порядок (эти слова даже писали с большой буквы, чтобы подчеркнуть цивилизационный масштаб этой революции, которая действительно изменила все жизнеустройство). Общепризнанно, что эта революция следовала грандиозному проекту, который вызревал в течение полувека и сам вытекал из философского и культурного течения, которое было названо Просвещением. Иными словами, нельзя сказать, что говорить о проекте Великой Французской революции - значит следовать теории заговора (хотя в техническом ее исполнении было велика роль заговорщиков и вообще теневых политических сил, например, масонов).

Как же вызревал тот проект и в чем выразился? В том, что группа видных деятелей культуры и науки Франции в течение длительного времени целенаправленно и систематически описывали все главные устои Старого Порядка и убеждали общество в том, что эти устои негодны и должны быть сломаны. Английский историк Э.Берк, который наблюдал революцию и написал о ней первую большую книгу, отмечал это в отдельной главе: «Вместе с денежным капиталом вырос новый класс людей, с кем этот капитал очень скоро сформировал тесный союз, я имею в виду политических писателей. Немалый вклад внесли сюда академии Франции, а затем и энциклопедисты, принадлежащие к обществу этих джентльменов».

Э.Берк упомянул энциклопедистов. На их примере хорошо видно, как вынашивался проект. Небольшая группа видных ученых и философов, соединившись вокруг Дидро и Д'Аламбера, в течение 20 лет (до 1772 г.) выпускала «Энциклопедию», соединив в ней современные знания. Но главный замысел был в том, что каждый научный вопрос излагался так, чтобы доказать негодность Старого Порядка. В 1758 г. Генеральный Совет Франции принял даже специальное постановление об энциклопедистах: «С большой горечью мы вынуждены сказать это; нечего скрывать от себя, что имеется определенная программа, что составилось общество для поддержания материализма, уничтожения религии, внушения неповиновения и порчи нравов». Энциклопедия выходила легально, но был организован и «самиздат», в том числе за рубежом.

Что же у нас? По типу - то же самое. Видные деятели интеллигенции целенаправленно и методически убеждали граждан в негодности всех устоев советского порядка. Я с 1960 г. работал в Академии наук и прекрасно помню все разговоры, которые непрерывно велись в лаборатории, на домашних вечеринках или в походе у костра - оттачивались аргументы против всех существенных черт советского строя. Так и вызревало то, что я назвал «проектом перестройки и реформы».

'; include $_SERVER['DOCUMENT_ROOT']."/i_main.php"; ?>